Ирина РОГОТНЕВА
Фото Виталия МИХАЙЛОВА

 

 

Клуб политического действия «4 Ноября» успел зарекомендовать себя как открытая площадка, на которой нередко возникают острые дискуссии. Вот и на этот раз обсуждение стратегии развития области и программы ее социально-экономического развития до 2015 года стало поводом для откровенного и конструктивного разговора. Особое внимание было уделено ситуации в сельских районах. Общую картину «нарисовали» вице-губернаторы Владимир Никонов и Виктор Гергерт. А ярких эмоциональных «красок» добавили депутаты. Настоящие и бывшие.

Мы теряем его…

Анатолий КОНДРАТОВ, заместитель руководителя фракции «ЕР», президент Новосибирского аграрного университета:

Анатолий КОНДРАТОВ, заместитель руководителя фракции «ЕР», президент Новосибирского аграрного университета:

— Нам надо определиться, будем мы мегаполис Новосибирск развивать бесконечно, расходуя на него 99 процентов денег или все-таки обратим внимание на село. Это — вопрос жизни и смерти для деревни. Если ничего не изменится, мы лет через 20 потеряем половину сельской экономики, и что самое главное — сельского населения. По статистике сельское хозяйство дает 12 процентов ВРП, а вместе со смежными отраслями — 54 процента. Каждый работающий селянин фактически дает работу пяти горожанам. При этом в 2008 году население Новосибирска увеличилось, а село потеряло — сразу, за один год — 3200 человек. Мы ежегодно теряем в каждом сельском районе, кроме пригородного — Новосибирского, 7—8 процентов населения. И это продолжается уже лет десять. Сегодня пенсионеров в деревне — 70 процентов. На все сельское хозяйство работающего населения 68 тысяч осталось.

В области 375 сел с населением менее 100 человек. Как это ни прискорбно, все они обречены на умирание. Это и есть наша стратегия? Школу закрыли, возят автобусом детей в другие села. А здесь-то люди уже не хотят селиться, если школы нет. Даже если приходит предприниматель и пыжится развивать это село, а школу закрывают — к нему не едут люди. А в 72 процентах таких сел вообще отсутствуют работодатели, отсутствуют ФАПы, жилье не строится. Еще в 300 селах население — от 100 до 200 человек. И они тоже будут исчезать. По той же причине — мы на деле не стремимся к сохранению сельского образа жизни. С одной стороны, это — естественный процесс, все мы понимаем, но сейчас он слишком быстро идет, его необходимо замедлить, иначе мы потеряем село.

А ведь в НСО 17,5 млн гектаров земли. Из них 9,3 млн — земли сельскохозяйственного назначения. Уходя из села, мы теряем не только их, но и сельский уклад жизни как таковой. В таких отдаленных от областного центра районах, как Кыштовский, и в царское время вокруг деревень обрабатывалась земля, и при советской власти везде пахали и сеяли, а сегодня подъезжаешь к деревне, а вокруг ничего не сеется и не пашется. Конечно, я утрирую, но 1,5 млн гектаров невостребованных земельных паев о чем говорят? Именно об этом. Областной Совет, надо сказать, старается изменить ситуацию. Вот, на прошлой сессии мы опять корректировали законодательство, касающееся оборота земель. В частности, в пользу того, чтобы сельское собрание имело право решать, кому отдать землю в аренду и как ее использовать. Сегодня в частной долевой собственности находится 5,3 млн гектаров. Из них, повторяю, — 1,5 млн не востребованы.

Почему крестьянин не оформляет права на свою землю? Да потому, что мы очень смешно сделали в России — владельцы этих земельных паев не знают, где именно находятся принадлежащие им участки. А между удостоверением об абстрактном долевом пае и свидетельством о собственности на земельный участок — большая разница. И в финансовом смысле тоже. Чтобы оформить свое право, с крестьянина требуют за межевание 200—300 тысяч рублей, потом еще налог заплати. Да попробуйте самостоятельно всю эту юридическую процедуру осуществить — уйма времени уйдет. Или  — плати посредникам.

Надо нам, «Единой России», взяться за этот вопрос и решить его. Во-первых, процесс межевания надо упростить. Есть карты, спутники, все, что хочешь. Нечего такие деньги драть с людей за то, чтоб участок измерить. Иначе проблема этих невостребованных долей так и повиснет в воздухе. И никто не может на них претендовать, вложить туда деньги — это, с одной стороны, ничья земля, а с другой — возьмешь ее — в любой момент отобрать могут. В общем, здесь надо что-то решать.

Правильно сказал Медведев, что скоро мы уткнемся в другой кризис — когда, как при Хрущеве, с карточками в очереди стояли. И это вполне реальная перспектива. Мы в Новосибирской области уже сегодня едим хлеба 119 процентов нормы на душу населения, картошки — 124, как после войны. А мяса — 67 процентов физиологической нормы, молока — 77, рыбы — 64 процента, да и та привозная. Это при том, что область наша «купается» в рыбе! По озерному фонду впереди нас только Тюмень и Мурманская область. Раньше на Новосибирскую область ловили 10 тысяч тонн рыбы (ведь в каждой деревне кормились этим), а теперь только 3,5 тонны производим. Созданы такие условия, что ее ни поймать, ни размножить невозможно. Когда же начнем в стратегическом плане об этом думать? Из-за ведомственной разобщенности между АПК и природоохранным департаментом на рыбное хозяйство до сих пор никто не получил ни рубля из запланированных 12 млн на 2009 год.

Лесное хозяйство. Почти такая же картинка. В НСО 6,4 млн га — лесной фонд. Запасы древесины — 500 млн кубометров. Ежегодно мы можем заготавливать 4—6 млн. А в то же время лес стареет, гниет, прибыли не приносит. И это все — вокруг деревень, где крестьянина в лес не пускают дров заготовить. Дожили до того, что вынуждаем людей в деревне дрова покупать. По 250 рублей за кубометр. Это же горе! Такие законы — Лесной кодекс вышел. Надо нам разобраться. Почему отдали все в аренду, а госфонда не оставили? Для малоимущих и сельхозпроизводителей обязательно нужен госфонд. И контролировать надо арендатора. Не делает, что нужно, 3—5 лет, выгнать. А то даем на 49 лет лес в аренду, а спросить ничего не можем. Он пришел, свое взял, и хоть трава не расти.

Я обращаюсь к депутатам: наша задача сохранить село, сохранить людей, которые еще хотят там жить. Не только восстановить сельхозпроизводство, но и создать условия для комфортной, достойной жизни на селе. И это должно стать одной из важнейших целей в стратегии развития области.

 

Давайте — без обид

Александр КИСЕЛЬНИКОВ, руководитель областной службы госстатистики, депутат областного Совета первого созыва:

— Оптимизм, который звучал в некоторых выступлениях и вообще свойственен нашим руководителям при оценке социально-экономического потенциала Новосибирской области, я бы назвал самовнушением. Причем — вредным, особенно в кризисное время. Я недавно делал доклад в полпредстве по итогам 2008 года и оценки тенденций на 2009 год. Первый тезис был такой: несмотря на положительную динамику развития в последние годы и вне зависимости от наступления мирового кризиса, все субъекты СФО были обречены на развал экономики в ближайшие несколько лет.

Возьмите демографический потенциал — воспроизводство кадров. Ситуация ухудшается. Это всем известно. Природная среда: мы потеряли за 15 лет порядка 5 млн га пашни в Сибири. Это столько же, сколько имеет вся Белоруссия. Сельское хозяйство, промышленность, как и многие другие отрасли, оптимизма не внушают. Статистические данные были переданы в правительство России. Обвинений в очернительстве в наш адрес не последовало. Все понимают, что ситуация очень серьезная, и нужно честно ее оценивать. Это — первое. Второе: инстинкт «одобрямса» привел в свое время к развалу СССР. Тогда, как и сейчас, все говорили, что все хорошо, а потом государство рухнуло в один момент — никто и не ожидал.

Нам с вами надо понимать, каковы возможности региона и тенденции в политике и экономике. В областном бюджете есть очень маленький люфт, который мы можем использовать как ресурс для дальнейшего развития. Это 1—2, в лучшем случае, — 5 процентов. Поэтому очень важно правильно оценить состояние и выбрать цели. Они могут оказаться недосягаемыми, как получилось со стратегией развития Сибири. Все 20 лет ее существования напоминают сказку про белого бычка. Лозунги про потенциал, инновации, комплексность и многое другое не влекут за собой никаких реальных результатов. Более того, на практике происходило все с точностью до наоборот. Население страны сократилось на 1 млн, а Москва приросла на 1,5 млн. Этот насос высасывает ресурсы с Востока на Запад страны. Самый печальный результат на Чукотке — там осталась только треть населения. А там стратегические аэродромы, атомная станция. На втором месте — Камчатка. За 15 лет там построили одно здание — налоговой инспекции. Что касается Сибири, за 20 лет мы не смогли достроить федеральную автотрассу, не смогли завести участок Транссиба на Казахстан. Из стратегических объектов в НСО построен только один мост — на Колыванской трассе. Остальные — оперативно-тактические. Если «западный насос» не перестанет стягивать на себя все ресурсы, то скоро (не говоря уже о сельских районах) в Новосибирске останется не более 400 тысяч жителей. И при всем моем уважении к талантливым руководителям нашей области преодолеть эту тенденцию на региональном уровне невозможно. Кстати, само по себе существование городов-миллионников в сибирском климате совершенно уникально. Американцы до сих пор удивляются — таких городов в мире больше нет. Остальные мегаполисы расположены по сравнению с нами в теплых краях.

А теперь немного о сельском хозяйстве. Хочу вступиться за белорусов, которых недавно обвинили в том, что они уничтожают наше сельское хозяйство, потому что везут к нам дешевое молоко. У них сельхозугодий 8,9 млн га. В НСО — 8,4 млн га. Производство мяса у них в 7 раз выше, молока — в 8 раз выше, чем в НСО. Там едешь по трассе — дома строятся, живность гуляет — деревня живет. Как им удается? Белоруссия создает агрогородки. Аналогичную схему применяет белгородский губернатор. Результаты уникальные. Поставлена задача на следующий год выйти на 100 млрд рублей экспорта мяса. Заметьте, эта область в 1,5 раза меньше нашей. Я думаю, то, что делают белгородцы, это — социализм в рыночных условиях. Как они решают земельный вопрос? Область выкупила 60 процентов земли. Все проблемы с паями решили. Обустраивают инфраструктуру и раздают, в том числе — под строительство. Мы в сельском хозяйстве до сих пор «молимся» на Юрия Федоровича Бугакова, никого больше за 30 лет не вырастили. В Белгордской области такие результаты — в плановом порядке. Переработка сельхозпродукции налажена в агрогородках. А мы ведь по многим позициям превосходим белгородцев. У нас есть аграрный университет, СО РАСХН. Если его финансировать, он будет давать результаты. Давайте честно обсуждать проблемы. Например, ситуация, о которой говорил депутат Александр Морозов: у крестьянина покупают молоко за 7 рублей, продают за 30. Монополизация — это важнейший вопрос на сегодняшний день. И его тоже надо решать, исходя из стратегических интересов, как и многие другие вопросы, мешающие развитию нашего региона. Мы, со своей стороны, всегда готовы к сотрудничеству. Думаю, и у депутатов, и у исполнительной власти впереди еще очень большая, трудная работа. И очень хочется надеяться, что ее результаты будут соответствовать самым оптимистичным прогнозам.         n

Полярные мнения — не повод для обид, считает координатор клуба, заместитель председателя бюджетного комитета облсовета Валентин Сичкарев. Болевые точки и острые углы нужно не обходить вниманием,
а правильно оценивать и находить эффективные пути решения проблем.